Ты или тебя?
Информационная угроза в межнациональной сфере перестала быть «агитацией за идею». А стала вербовкой на действие. Вербуют не для того, чтобы молодой человек во что-то поверил, вербуют, чтобы он что-то сделал. И здесь у журналиста есть оружие, которого нет у силовиков: язык, которому молодой читатель верит, и конкретные лица вместо абстрактных «у них».
Кто виноват и что делать, разбирались с Анатолием Бодровым, кандидатом политических наук, заместителем директора Координационного центра по вопросам формирования у молодежи активной гражданской позиции, предупреждения межнациональных и межконфессиональных конфликтов, противодействия идеологии терроризма и профилактики экстремизма. И разговор шёл не только о сложном, но и о вполне прикладных вещах. Как освещать резонансные события, где черпать информацию, с кем взаимодействовать и что журналисты могут противопоставить вербовке молодых людей для противоправных действий.
Начали с «крючка» СМИ, а закончили… танцами разных народов! Интересно? Тогда пока подумайте: какой национальный танец у русских и почему?
Первое и главное правило, которое вынесли слушатели: информацию берём только у официальных структур и их аккаунтов. Никто из нас не застрахован от того, чтобы случайно стать участником опасного «крючка» или ловушки и выпустить дезинформацию. Важно проверять любой материал на предмет трёх составляющих: факт, источник, интерпретация.
Особый акцент на распространении фейков о действиях ВС РФ. С 24 февраля 2022 года Роскомнадзор заблокировал более 200 000 ресурсов с заведомо ложной информацией, дискредитирующей российских военных и ход СВО. Помимо этого, заблокировано более 4 300 пиратских видеосервисов, распространявших рекламу, направленную на дезинформацию и устрашение граждан России. Это и есть информационная война в действии.
Пилить не надо
Кто в зоне риска? Тот, кто прошёл через «социальную пилу». То есть подвергся социальным неудачам. И человек становится более уязвимым для вербовки террористическими организациями. Среди них те, кто хочет отомстить, стремится к престижу, ищет себя, убегает от проблем или психически неуравновешен. Журналисту важно это распознать - вот и половина защиты!
Мирись-мирись-мирись
Если марокканец-младенец окажется в России и будет воспитан в русской семье, он будет марокканцем? Нет. Потому что поведение, взгляд на воспитание детей, традиции, языковая идентичность – это всё абсолютно социальные маркеры. Так приобретаются различия, которые ведут к непониманию и неприятию. Мы даже поиграли: за минуту записали частые причины межнациональных конфликтов, а потом причины помириться. И первый список у всех оказался длиннее. Повод задуматься.
Танцуют все
Ну что, про танцы догадались? Почему у русских национальный танец хоровод - потому что в шубе, да в мороз, да у нашей берёзки много движений и не сделаешь! Вот сиртаки – совсем другое дело. Да и в Греции потеплее будет. В этом шутливом ответе и глубина, и простота, и та самая логическая цепочка.
Эта встреча показала, что говорить о сложном можно ярко и интересно. Главное - проверять факты, не попадаться на «крючок». И помнить, что за каждым фейком стоит чья-то попытка разобщить нас. А хоровод, кстати, всех собирает в круг.
Сломать сценарий
Контрприём: если канал «зарегистрировался вчера и уже взрывает межнациональную тему», проверьте регион регистрации номера, хронологию контента, синхронность одинаковых постов в нескольких национальных регионах.
Наша цель - сделать «сценарий вербовки» общеизвестным. Ведь вербовка работает, потому что жертва не знает, что это сценарий. И журналист может сделать эти «сигналы» общедоступным продуктом раньше, чем они дойдут до аудитории в виде методички.
Да, журналист не полицейский. Но и цель публикаций - не помочь задержать, а снизить восприимчивость целой группы людей к обману.
Важно помнить, что межнациональной теме оружие журналиста - конкретный человек. Вот, например, наши материалы из этноэкспедиции в Верхнюю Елюзань - лучший контрпример. Когда читатель видит конкретную татарскую семью у печи с перемячами, конкретного русского певца с песней «Сандугач», абстрактная провокация «мы против них» теряет опору. Вербовщику нужна абстрактная пара «мы - они». Журналист предлагает «я знаю этого человека». Эти две вещи несовместимы по своей природе. А значит, журналист может много: не перехватить чужое сообщение, а сделать так, чтобы «сценарий» этого сообщения читатель уже знал наизусть.
Дарина Качикаева
19.10.2026