Ольга Артеменко Руководитель Центра национальных проблем образования ФИРО

«Нам нужна до мелочей продуманная языковая политика в системе образования ».
29 мая 2012
О персоне

Член Экспертно-консультативного совета при Межведомственной рабочей группе по вопросам межнациональных отношений, руководитель Центра этнокультурной стратегии образования Федерального института развития образования, чл.-корр. РАЕН. 

Узнать больше о Ольга Артеменко

Артеменко: Нам нужна до мелочей продуманная языковая политика в системе образования.

- Мало кто знает, что в России образовательный процесс  идет на 89 языках коренных народов. Это абсолютно уникальная цифра не только для Европы, но и для  мира. Но тем не менее  вопрос о сохранении языков, об усилении  их  преподавания в школе все еще поднимается. Потому что даже по официальным данным последней переписи, народов у нас все-таки 190. И каждый  из них так или иначе претендует на то, чтобы иметь свою долю в образовательном процессе.  

- Я уточню: школьное образование в России  ведется на 39 языках и еще 50 являются языками изучения. Безусловно, был период с 1992  по 2007 год, когда в системе образования функционировал национально- региональный компонент, находящийся  в компетенции субъекта Российской Федерации. В это время все, кто хотели,  создавали условия для функционирования родного языка в системе образования.  Но далеко не каждый  язык может обеспечить реализацию образовательного процесса в школе. Например, есть бесписьменные языки. Но даже бесписьменные языки частично реализовывали себя в системе дошкольного и школьного образования. Учителя разрабатывали методические пособия. Некоторые языки преподавались с опорой на другой язык: например, в Дагестане андийский преподавался с опорой на аварский.

 

- То есть все, кто хотел и у кого была определенная база, могли организовать преподавание языка?

- Конечно, одного желания недостаточно.  Некоторые языки просто не могут обеспечить образовательный процесс. Они настолько бытовые, что не могут участвовать в образовательном процессе.  Но есть диалекты и даже говоры, для которых создаются условия  сохранения.  Так, в Амурской области ведётся плановая работа по сохранению трёх говоров эвенков. Три диалекта хантыйского языка (казымский, сургутский, шурышкарский)  преподаются довольно эффективно в школе, для них разработаны и изданы учебно-методические пособия. В Тюменской области для ваховского диалекта изданы букварь и учебник для 1 класса. Нужно отметить, что отмена компонентного принципа структурирования содержания образования не означает изьятие родного языка из образовательного процесса. Всё, что было наработано в системе образования за  период с 1992 по 2007 годы, в ней  и остается. Созданы условия для того, чтобы языковые программы реализовывались даже после отмены  регионального (национально-регионального) компонента.  

 

- А почему он был отменен?

За восемнадцать лет функционирования регионального (национально-регионального) компонента в общеобразовательных учреждениях субъектов Российской Федерации были отмечены как положительные, так и отрицательные стороны его реализации. Мы знаем немало примеров, когда содержание пособий, разработанных для предметов данного компонента, особенно по истории субъекта Федерации, мягко скажем, оставляло желать лучшего. При этом для сохранения и развития родных языков в системе общего образования были созданы хорошие условия. Разрабатывались учебные программы, издавались учебно-методические комплекты. В настоящее время в системе образования используются новые понятие и структура государственного образовательного стандарта. Федеральный образовательный стандарт теперь не определяет минимум содержания образования, а предусматривает требования к результатам освоения основных образовательных программ.   Если есть потребности у участников  образовательного процесса — а это родители,  дети, администрация школы - то  условия для изучения того или иного языка создаются.

 

- А откуда тогда столько обид, которые звучат на съездах разного рода национально-культурных организаций? 

- Ну это или от неграмотности, или от желания играть в политические игры. Я вспоминаю Госсовет в 2008 году (тогда вышел закон об отмене национально-региональногок компонента - Ред.) в Татарстане, когда Шаймиев просто кричал с трибуны о том, что теперь не разрешают изучать родной язык. Тогда звучали абсолютно неверные интерпретации закона, что, мол, убрали только национально-региональный компонент — а федеральный остался. Нет,  убрали  все компоненты и федеральный, и национально-региональный, и школьный. Все три. Совершенно другой подход к стандарту. Сегодня образовательный стандарт позволяет людям, где бы они ни находились, выдвигать определенные требования,  в части удовлетворения этнокультурных, языковых потребностей, а администрация школы должна создавать условия для удовлетворения этих требований. Если  предположить,  что большая группа татар живет на Чукотке, она может потребовать обучения их детей на татарском языке. Власти Чукотки обязаны предоставить  условия для обучения на нём или изучения татарского языка в школе.

 

- Тогда  я не понимаю, в чем проблема?

- И я  не понимаю. В чем проблема, почему до сих пор в Татарстане кричат, что не дают изучать татарский язык.

 

- Ну по-моему  там сейчас проблема совсем другая. Там  не дают изучать русский язык. 

- Ну опять-таки, что значит - не дают изучать. Если люди знают законодательство и умеют требовать, то всегда можно добиться того, что необходимо. Если  сильная школа, если сильные родители, они добьются, я это знаю. Другое дело, что многие родители боятся. Боятся, что их ребенку будет хуже в этой школе, если родители будут настаивать. Вспомните случай в Уфе  с  не изучавшим башкирский язык мальчиком, которого из-за этого решили оставить на второй год.  Теперь эта семья уезжает из Уфы.

 

- А почему он не изучал, не хотел?

- Да, родители считали, что башкирский язык ему не нужен. Тут проблема очень серьезная. И в Башкортостане, и в Татарстане. Ребенок должен понимать, что для него значит изучаемый им язык и в этой связи в каком объеме он должен его изучать. С какими  конкретными  целями  он изучает  башкирский в Башкортостане или  татарсткий  в Татарстане. Вот я живу, например, в Татарстане, но по национальности русская. Я прекрасно понимаю , что в этом субъекте татарский является государственным языком республики. Есть решение Констиционного суда от 2004 года, где совершенно четко сказано,  что государственные языки республик должны изучаться по государственному федеральному образовательному стандарту, в котором и прописываются требования к этому языку. Где эти стандарты? Где примерные  программы для государственных республиканских языков? Мы их разработали, но Министерство образования и науки Российской Федерации их не рассматривает, потому что включается политика. Я понимаю прекрасно эту политику. Если  прописываются требования к республиканскому государственному языку — он для всех в своих функциях будет одинаков. Какова его функция в республике? Безусловно коммуникативная. Я живу в этом субъекте, я на улице должна понимать эту речь, примитивно говорить на этом языке и т. д. Эти функции должны прописать   федеральные органы управления образованием. По закону и по решению Конституционного суда, где сказано, что  стандарты по государственным языкам республик России разрабатываются федеральными органами исполнительной власти.

 

- Но этого не сделано? 

- Конечно, не сделано. Что происходит?  Субъекты Федерации считают, что  государственный язык республики  - равноправный,  и  это в их основном законе прописано, с русским языком — государственным языком Российской Федерации.  Все юристы,  даже в Испании, с которыми я консультировалась утверждают, что государственный язык  РФ не может быть равноправным с государственным языком республики. Равноправие языков прописано в Конституции Российской Федерации и в  законе о языках народов России, но ведь там языки рассматриваются в качестве родных:  русский, юкагирский, чукотсткий, какой угодно. По законодательству, языки равноправны в статусе родных, но никак не в статусе государственных. Равноправие заключается в том, что  языкам предоставляется возможность  реализовываться  во всех сферах, в том числе и в образовании. Языки могут присутствовать в образовательном процессе или в качестве языков обучения, или в качестве языков изучения. Равноправие не предполагает изучение родных языков в  равных объемах.   Именно из-за специфичной трактовки равноправия  языков возникают проблемы,  которые мы наблюдаем в ряде республик.  При этом страдают дети, потому что, например, в школе татарский язык  преподают на грамматической основе, литературный, как нам раньше преподавали русский. Преподавание русского языка свели, в большей степени, к  преподаванию на коммуникативной основе как языка межнационального общения.

 

-Т.е. русский и татарский поменяли местами? 

- В какой то степени да. Это разные совершенно подходы к изучению языка.

 

У нас получается , что сейчас часть граждан РФ принудительно обучаются русскому языку как иностранному.

- Любой человек, который проживает в России, тем более ребенок, должен знать не просто русский язык, как у нас написано во всех нормативных документах, а осознавать статус русского языка в качестве государственного языка Российской Федерации. Только в законах написано, что русский язык изучается в статусе государственного языка РФ по федеральным образовательным стандартам. Использование в нормативных документах понятия “русский неродной”, с нашей точки зрения, не допустимо. Получается, что русский язык в системе образования не может быть родным.  Так и получается в ряде субъектов Федерации. Почему-то татарский язык и родной, и государственный. Как государственный он изучается всеми без исключения, а как родной он изучается на граматической основе. А в каком статусе русский выступает, непонятно. Поэтому мне и говорят, а кому он нужен — ваш русский язык.

 

- А кто это вам говорит?

- Говорят очень даже “большие” люди, управленцы, в субъектах РФ. 

 

- Почему проблема с русским языком до сих пор не решается?

- Вы понимаете, проблема будет до тех пор, пока мы, мы все, будем так относиться к русскому языку. И управленцы, и специалисты. И учителя, и родители. Но начинать надо со школы, даже с детского сада.  Потому что  именно в этом возрасте начинается формирование элементарного сознания и отношения. Если мы в системе образования не сформируем достойное отношение к русскому языку, то  нет смысла говорить о формировании общероссийской гражданской идентичности. Именно через государственный язык Российской Федерации молодой человек, мыслящий на этом языке, ощущает себя гражданином России, находящимся у себя дома, и именно это состояние определяет чувство “моя Родина”. Когда мы в школе всё вышеперечисленное не формируем, то формируется что-то иное, как например в Татарстане.  Я разговариваю с  ребятами в школе и слышу ответы: "Наш татарский язык государственный, - с гордостью говорят они. - И все его должны уважать”. Полностью с ними согласна, но тогда, что такое русский язык? Достойного ответа не слышу. Оказывается русский язык нужен только, что бы понимать друг друга. Вот мы и формируем граждан Татарстана, татарскую нацию. Походите по Казани и другим городам Республики, поговорите с людьми на улицах, поговорите с детьми в школах, и вы всё поймете, но не одно социологическое исследование вам этого не покажет, и понятно почему. Уже пять лет я об этом пишу, говорю, только не так прямолинейно.  В Министерстве образования и науки Российской Федерации была создана межведомственная комиссия по русскому языку, на которой я выступала несколько раз. И всякий раз говорилв о необходимости в образовательных стандартах учитывать статус языков. Министр Андрей Александрович  Фурсенко принял решение о необходимости учесть мое мнение при разработке стандарта. И все. И никто не учитывает до сих пор. А то, что написано в стандарте в блоке "филология", так это только направлено на  разрушение России, я по-другому не могу сказать, потому что там в начальной школе предусматривается  формирование национального самосознания.

 

- То есть это политическая категория?

- Да, политическая, идеологическая. А кроме того, язык не рассматривается, как элемент культуры.

 

- Тут может быть две версии. Это либо сознательное вредительство со стороны как региональных чиновников, так и федеральных чиновников, подготовка регионального сепаратизма. Либо это просто низкая квалификация.

- Вы знаете, на низкую квалификацию можно все списать. Если ты входишь в комиссию по разработке стандартов, если ты отвечаешь за эти стандарты, то ты должен нести ответственность. А у нас все входят и никто не несет никакую ответственность. Ни за что. Подписал и ушел на другое кресло. Все рады, довольны. А люди на митинги выходят. Но вообще стыдно, когда в Татарстане, Башкортостане граждане РФ поднимают проблему русского языка.

 

- Ситуация какая-то запредельная: на территории единого государства государственный язык оказывается в каком-то ущемленном состоянии. Я надеюсь, что стандарты все-таки будут разработаны и ваш голос будет услышан. Но есть и другие примеры в России.  Последняя информация из Республики Коми: региональное министерство нацполитики открыло  языковые курсы. И они переполнены! Отбоя нет от желающих, причем и взрослые туда идут, и дети. 

- Я вам хочу сказать, что мне очень нравится языковая политика, которую  реализуют в Республике Коми, особенно в системе образования: министр, заместитель министра просто молодцы. Мне очень приятно, что уже 4 года, как они взяли за основу те модели, которые разрабатывал наш институт именно с учетом статуса языков. Я у них тоже многому научилась, и кое-какие изменения в наши модели мы внесли. Молодцы, умеют точечно работать, умеют снимать конфликты. У них был небольшой регион, где русскоязычное население выступило против изучения коми языка. Заместитель министра поехала, побеседовала с родителями, объяснила: "Ну хорошо, не хотите два часа, давайте хотя бы час, но язык, это все-таки государственный язык республики, дети должны его хотя бы слышать, хотя бы немного осознавать, понимать".  И это правильный подход. Не через коленку ломать, как в Татарстане,  всех под одну гребенку.

 

- И сейчас на фоне интереса  к родным языкам появилась идея преподавания по методу "языкового гнезда"?

- Министерством регионального развития создана российско-финская  группа экспертов по вопросам сохранения миноритарных языков, функционирующих в условиях двуязычия. Я вхожу в эту рабочую группу, где есть также специалисты с финской стороны. В Финляндии модель "языкового гнезда" получила серьезную поддержку, хотя в науке существуют совершенно разные направления, и далеко не все ученые  придерживаются идеи погружения по модели "языкового гнезда".  Я знаю ученых, которые утверждают, что лучше всего обучать языкам умеют в Израиле.  Там кстати,  используется практически та же модель, которая использовалась в Советском союзе. Модель, когда один язык помогает другому. Один язык изучается с опорой на другой язык.

 

- Но насколько я знаю, в Финляндии этот метод дал  хорошие результаты в  саамском сообществе. 

- О "хорошем результате" можно говорить не в течение года и даже не в течение 5 лет, а хотя бы в течение 10 лет. Необходимо посмотреть, как язык будет функционировать в дальнейшем. Мы можем сегодня научить ребенка языку, а завтра  он его никак не будет использовать. Работаешь с детьми, вообще с детьми прекрасно работать, потому что если детям просто уделаешь внимание, то получишь эффект положительный. Ребенок, он удивителен в этом плане. Особенно если к нему с любовью относишься. Он за тобой будет ходить как привязанный, восхищаться тобою и будет именно твой предмет изучать, сам, самостоятельно.

 

- Но у вас все равно какое-то скептическое отношение к этим гнездам.

- Безусловно.

 

- Почему?

- Я вам сразу прочитаю, материалы коллег, которые разрабатывают финно-угорское языковое гнездо. "Целью этого проекта является проинформировать финно-угорские народы РФ об инновационных способах возрождения и модернизации языка и развития функционального двуязычия". Ну инновационного способа я здесь не вижу, сразу могу сказать. Это первое. Второе - возрождения языков финно-угорской группы  - я не знаю, что мы возрождаем, потому что у нас во всех республиках эти языки являются государственными (за исключением Карелии) и их изучают в школах. Право республик регулировать изучение этих языков. Если они хотят, чтобы языки  функционировали  в дошкольных образовательных учреждениях, школах, пожалуйста. Если языком действительно заниматься целенаправленно, то вы получите эффект – но это будет временный эффект. 

 

- Почему? Насколько я понимаю, суть этой методики в том, что с ребенком перестают общаться на знакомом ему языке и начинают общаться исключительно на языке, который он должен  изучить. Ему никаких подсказок не дается.

- Совершенно верно. Воспитатель должен с ним общаться только на том языке, в который его погружают – это для ребенка стресс и очень серьезный стресс. Где-то до четырех с половиной, пяти лет этот метод эффективен. Если вы его начинаете погружать после 5 лет, 5,5 – 6 лет. – это вызывает стресс. И это связано с теми нейрофизиологическими процессами, которые проходят на уровне коры головного мозга. Мы наблюдали за детьми старшей группы детского сада с  начала года, когда у них ввели методику погружения. Мы увидели к концу года  то, что у детей начала  доминировать интровертность. Они стали  менее общительными, менее коммуникабельными, менее уверенными.  Это  видно даже в поведенческих реакциях, не то, что на тестах. В коре головного мозга для этого возраста характерна  генерализация  процессов, т.е связывание одних центров с другими. А эта методика провоцирует  локализацию  процессов в коре.

 

- Т.е вы признали этот метод вредным? 

- Не вредным. Нельзя говорить – вредным. Здесь нужно говорить какой ценой достигаются результаты. Я считаю, что эффективность будет очень низкая, если ребенка погружать в язык, используя языковое гнездо в  возрасте 5-6 лет. Да, он покажет вам улучшение результатов по языку, но какой ценой. Какова будет эффективность того, что вы дали ребенку, в дальнейшем. Это очень важно. Но обратите внимание, я не видела ни у кого, кто рекламирует этот подход статистических данных. Сейчас наука без статистики вообще не наука. 

 

- Вы дали экспертную оценку. И что дальше?

- А дальше не наш уровень, для этого есть органы управления образования, которые обязаны смотреть, что происходит в системе образования. Вообще, честно говоря, я не понимаю, что у нас происходит в системе образования, почему у нас проводят эксперименты над детьми. Проводить такие эксперименты  -  запрещено Конституцией. У нас почему-то финские коллеги  в ряде субъектов внедряют  языковое гнездо в дошкольные образовательные учреждения. Вся наша система образования превратилась в эксперимент.

 

- Что вы имеете в виду?

- Да всё. То ЕГЭ, то  гнезда. В первом случаи были хотя бы постановления правительства, а  во втором какая-то самодеятельность. Вопрос: ”Почему эта методика  используется в системе образования?”  У нас сейчас каждый может сделать экспериментальную площадку и проводить эксперимент. А родители согласны. Родители, правда, мало, что понимают  в этом. Вот сначала соберите родителей, расскажите, объясните. Почему коллеги из Финляндии попали к нам в российскую систему образования? Я их уважаю как ученых, я готова с ними дискутировать как с учеными. Там есть научные разработки, то, что нужно изучать и брать. Но почему эти разработки сразу идет в  нашу систему, я этого не понимаю до сих пор. Как их разработки соотносятся с федеральным стандартом. Вопросов много.

 

- Т.е на ваш взгляд родителям недостаточно рассказывают о последствиях? 

- А кто может рассказать? Каждый родитель если видит, что с его ребенком кто-то занимается, он будет только рад, это естественно. Но я вообще-то считаю, что родители сами должны заниматься детьми. Я и коллегам из Финляндии говорила, правильно, вы пошли к детям, это самое простое. А почему вы не пошли к родителям? Если есть мотив у родителей, сами родители начинают этот язык изучать и транслировать его детям. А если он в семье не транслируется, если у родителей  нет мотива, то и у ребёнка язык не закрепляется. Уйдя из детского сада и даже закончив начальную школу на миноритарном языке, ребёнок быстро переключает свои интересы совершенно на другое. На математику, физику, английский и так далее. Эффективность какая? У меня всегда вопрос - чего мы добиваемся?

 

- Ну формально добиваемся того, чтобы все люди помимо государственного языка знали родной язык. 

- Но чтобы человек знал родной язык, у него должен быть правильно сформирован мотив. Язык – элемент культуры, который меня обогащает. Это мой родной язык, который  меня выделяет среди всех остальных и все остальные должны понимать, что каждый может выделиться через родной язык, родную культуру.  Вот что нужно в школе формировать. А не "русский язык нам не позволяет развиваться", "русская культура забила нас" и т.д. Это такое формирование национального самосознания? Если  учителю сказано формировать национальное самосознание и  если ему доплачивают 10-15% зарплаты за то, что он будто бы двуязычный, он будет использовать только такие вот противопоставления.

 

- Проблема эта очень серьезная, я думаю, что мы этот разговор еще продолжим. Хорошо, чтобы люди в многонациональной России знали много языков.

- Чем больше языков, тем  лучше. Но это должна быть действительно до мелочей продуманная языковая политика в системе образования. Политика, направленная на интеллектуальное развитие детей, на их обогащение, а не на противопоставление и не на митинги, как сейчас. И тогда эффект будет очень хороший.

 


Маргарита Лянге - 29 мая 2012

Чтобы задать вопрос необходимо авторизоваться.

6085