Нартский эпос – глубинная память Кавказа

Нартский эпос – это не просто фольклорный памятник. Это культурный код, объединяющий практически все народы Кавказа: осетин и адыгов, абхазов и абазин, чеченцев и ингушей, карачаевцев и балкарцев, а также некоторые народы Дагестана. Поразительно, но это единственный в своём роде эпос, который существует не у одного народа, а у целой семьи народов – при этом каждый считает его своим.

Большинство кавказоведов полагает, что нартский эпос начал формироваться в 8-7 веках до нашей эры. Его корни уходят в эпоху, когда предки современных кавказских народов входили в аланский союз племён – период расцвета и господства на Кавказе, который, как показал в своих работах Мелетинский стал временем творения ядра Нартиады. В 19 веке и следователь Услар писал о «народной поэме о нартах» которая  «у адыгов, кабардинцев, осетин, аварцев, казикумыков, - вероятно, и у других народов» , и предлагал программу фиксации этих сказаний как памятника мирового значения.

Что же значит само слово нарт?

Большинство учёных не сомневается в его принадлежности к древнеиранскому наименованию война, героя – «nar». В адыгской традиции существует красивое народное осмысление: «нарт» означает «глаз дарящий» - тот, кто, оказывая помощь другому, кто готов отдать за него самое дорогое, даже жизнь. Это нравственный идеал, воплощения мужества, бескорыстия и самопожертвования.

Самое убедительное доказательство единство Нартиады – общие персонажи. Они переходят из эпоса в эпос, меняя имена, но сохраняя суть. 

Пример тому Сосруко/Сослан/Сасрыква/Сеска/Солса – центральный герой, рождённый из камня, закалённый в кузнечном горне, уязвимый лишь в одном месте. Рождение из камня указывает на солнечное происхождение героя. Мотив уязвимого места, связан с клещами божественного кузнеца Тлепша, присутствует во всех версиях.

 Сатаней/Сели/Сата – мудрая женщина, мать или наставница героев. В абхазской версии она выступает как «мать народа», и некоторые исследователи видят в этом доказательство наибольшей архаичности абхазских сказаний, отражающих эпоху матриархата. В Ингушской традиции она – дочь бога грома Селы и одновременно жена небесного бога Хало, а Млечный Путь объясняется как солома, которую она рассыпала по небу.

Батрадэ/Пэтэрзэ/Хамчи/Патараз – воин, закаленный в огне, мститель за отца. Его образ присутствует в осетинской, адыгской, чечено-ингушской традициях, но в каждом случае получает свою разборку.

Сардон/Ширтан/Боткий/Ширтка – хитрец и советчик, живущий на границе миров. В осетинском эпосе он – «отрицательный вариант главного героя Сослана».

В каждого народа свои нюансы

При всем единстве национальные версии эпоса имеют глубокие особенности. И это не противоречия, а богатство общей традиции.

В осетинской версии нартское общество устроено по подобию трёх миров: верхний населён богами, нижний силами тьмы, средний – людьми и героями. Эпос наиболее полно сохранился, и именно осетинские тексты часто считают «классическими». В адыгской традиции боги кузнец Тлепш, бог-землелелец Тхагаледж, бог-пастух Амыш – живут среди нартов, их скорее можно назвать тоже нартами, чем богами. Космические божества абстрактны и редко вмешиваются в жизнь героев, а о подземном мире эпос почти нечего не говорит. Центральный герой – Саусэруко (Сосруко), и его характеристика может быть более противоречивой: в некоторых кабардинских сказаниях. В абхазской версии наиболее ярко выражены матриархальные черты. Сатаней-Гуаша – мать ста нартов-богатырей, к её советам там прислушиваются все и нарты, и народ. Однако и здесь наличие мужа у Сатаней не позволяет говорить о «чистом» матриархате.

Самой большой особенностью обладают чеченская и ингушская версия. Здесь нарты предстают как пришельцы-разрушители, с приходом которых наступило «погибельное время». Положительными героями становятся местные персонажи – Кинда Шоа, Колой Кант, Горжай. Это отражает реальные исторические процессы столкновения местных с кочевниками на Кавказе. В карачаево-балкарской версии эпос несет отпечаток тюркской эпической традиции. Многие знаковые эпизоды связаны с Эльбрусом. Карачаево-балкарский вариант был малоизвестен широкому читатель, вплоть до недавнего времени, и его публикация стала значительным событием в культурной жизни народов.

Нартский эпос – это не просто развлечение. Это свод нравственных правил, «ум народа» как писали многие исследователи. Нарты были носителями строгой морали: нарушение нравственных норм делало героя изгоем, а главным критерием оценки поступков была их общественная значимость.  В сказаниях воспевается любовь к родине, отвага в защите её, мудрость, презрение к смерти. И одновременно – труд хлебопашцев, пастухов, кузнецов. Нарты не только воюют, они обустраивают мир. В эпосе запечатлена и историческая память. Исследователи находят параллели между нартскими сказаниями и скандинавскими сагами, древнегреческими мифами, даже хурритской традицией. Но это не заимствование, а отражение общих индоевропейских корней и древних миграций.

Сегодня нартский эпос - не музейный экспонат. Образ Саусэруко увековечен на гербе Республики Адыгея, имя «нарт» носит газета международной черкесской ассоциации. Нартский эпос уникален не только своей древностью или художественной силой. Он уникален тем, что принадлежит не одному народу, а многим. И каждый из них считает его своим – по праву.

В мире, где часто подчеркивают различия, Нартиада напоминает о другом: о том, что у народов Кавказа есть общие корни, общие герои, общие ценности. Сосруко, Сатаней, Батрадз – они говорят на разных языках, но рассказывают одну историю. Историю о том, что мужество, честь и готовность помочь другому – это то, что делает человека человеком. И может быть, именно поэтому нартский эпос продолжает жить. Не как часть прошлого, а как живой голос, который напоминает: несмотря на все различия, у нас есть нечто общее. То, что стоит беречь.

Александр Костецкас

16.10.2026