Сложно ли перевести Пушкина на каратинский?

Об этом слушатели Школы узнали в ходе видеомоста с Минском, где живёт скульптор, композитор, переводчик и основоположник современной каратинской литературы Хизри Газиевич Асадулаев.

 Он представляет коренной малочисленный народа республик Дагестан. Каратинцев в России, согласно переписи 2010 года, менее 5 тысяч человек. Вместе с андийцами, цезами, бежтинцами, багулалами, ботлихцами в середине прошлого века они были отнесены к субэтносу аварцев. Но языковая ситуация такова, что разговорную речь каратинцев аварцы не поймут, хотя схожие слова встречаются.

– Для вас важно, что вы каратинец, вы это подчёркиваете? – поинтересовались студенты.

– Кичиться этим не надо, – считает Хизри Газиевич. – Я просто пропитан каратинским воздухом, климатом, историей, культурой. Другим не буду. И именно любовь к Родине даёт мне возможность любить другие народы столь же чисто, глубоко и открыто.

Помимо каратинского и аварского языков Хизри Асадулаев знает русский, белорусский и немецкий. Думает на том языке, на котором общается с конкретным человеком. И всё же счастливым себя чувствует, именно говоря на каратинском:

– Глубина мысли и восприятие мира без знания родного языка невозможны. Если бы я им не владел, а владел бы только русским, я бы генетически не воспринимал полноценно русский мир, как это делает русский человек.

Каждый год Хизри Газиевич вместе с семьёй ездит в родное село Карата и делает немало для сохранения языка. Особенность каратинского в том, что передаётся он устно, потому что не  имеет своей письменности. В 80-х годах прошлого века Хизри Газиевич начал разрабатывать её на основе аварского письма, добавив недостающие буквы.

В начале 1990-х посвятил родному селу стихотворение, в 95-м впервые выступил на конкурсе аварской песни с произведением на родном языке. Признаётся: ни одну книгу стихов не издавал за свои средства. Каратинцы всегда сами его поддерживали, благодаря за сохранение культуры. 

Слушатели Школы узнали, кем считают себя дети Хизри Газиевича, родившиеся в Минске, а также возможно ли адекватно перевести на каратинский стихи Пушкина.

– У Пушкина настолько богатая палитра слов, что в этом отношении каратинский язык немного уступает. А Лермонтова я переводил с большим удовольствием. Его стихи очень хорошо ложатся на каратинский язык. Даже строку, в которой всего два слова, мне удавалось так же классически перевести, не теряя смысла, именно двумя словами, – признаётся поэт.

Познакомиться ближе с культурой каратинцев можно в Российском этнографическом музее.

Фото из архива Хизри Асадулаева

9.12.2020