"Перед фольклористами раскрываются судьбы"

Татьяна Пухова  уже  тридцать лет собирает фольклор вместе со студентами  Воронежского госуниверситета. Она рассказывает любую историю так, будто вспоминает старинный обычай. Даже если эта история о том, как ей приходилось спать на матах и защищать девочек от деревенских кавалеров.

-Этнографические экспедиции – это обязательно студенческая практика?

- В нашем случае – да, мы выезжаем только со студентами. Первокурсники во втором семестре изучают фольклор, а после летней сессии  отправляются в «поле». Раньше брали весь курс, теперь едет человек пятнадцать. Это работоспособные люди, которые умеют вести диалог. Как правило, отличники и хорошисты.  У нас всего неделя, чтобы собрать материал. С  каждым годом эта задача становится сложнее. Приезжаем в село, а там половина переселенцев. Другая половина – молодежь, которая не знает ни одного обычая и даже колядки из детства не припомнит. Мы сразу отправляемся в администрацию, просим назвать имена старожилов. Вот только бабушкам и дедушкам  чаще всего за девяносто лет, и немногие из них  в здравии и в памяти. К счастью, остались  и бодрые старики. К ним можно еще ездить и ездить.

- Как вы выбираете село, в которое отправитесь?

- Строго говоря, особого выбора у нас нет. Все привязано к бытовым условиям. Мы договариваемся с отделом образования. Там говорят: в таком-то селе есть школа, готовая вас принять. Туда и едем. Почти все время мы живем  в школах. Один раз поселились в детском саду, другой – в сельском клубе. Но условия везде примерно одинаковые. Мы договариваемся с местными поварами. Нам готовят еду за отдельную плату. Студентам отдают спортивный зал, преподаватели  занимают два класса. Спим на матах. Правда в последние годы стали возить с собой надувные матрасы, матов на всех не хватает. Воду  часто носим из колодца. Практика оправдывает свое название – «полевая».

- Студенты на тяжелые бытовые условия не жалуются?

- Нет, они знают, куда едут. Эта неделя для них – приключение. Не успевают заметить жесткости матов, все время заняты. Молодежь так и тянет в сельский клуб. К девчонкам на мотоциклах приезжают местные кавалеры.  А у меня незавидная роль. Я не только фольклорист, но и воспитатель. Говорю: «Пожалуйста, встречайтесь, дружите. Но до одиннадцати. В 23:00 у нас отбой!».  Иногда в пять утра приходится выезжать в другую деревню.

- Вы успеваете посетить несколько сел?

 - Стараемся объехать соседние деревни. Договариваемся с  директором школы. Иногда нам выделяют желтый автобус  с надписью «Дети». Местная интеллигенция  поддерживает студентов: учителя-краеведы пускают в музей, организуют встречи с жителями. Как-то  нам помогал очень активный завклуб: не только договорился с бабушками, но и привез  их на своем мотоцикле в люльке. Иногда никуда ехать не нужно. Например, в  Песках живет  12 000 человек,  село уникальное. Там раньше был пересыльный пункт,  куда привозили сектантов. Всю неделю мы собирали религиозные стихи. О других поездках речи не шло.

- Трудно найти общий язык с местными жителями?

- Везде информаторы, которые готовы  делиться.  Около нас  кружат дети на велосипедах. Прошу своих девчонок относиться к  ним внимательно. Ребятишки могут и колядку спеть, и к бабке отвести. Все-таки наша главная ценность – воспоминания стариков.

- Пожилые люди не загружают лишней информацией?

- Я настраиваю студентов, чтобы были готовы выслушать все. Мы ходим к одному человеку  несколько раз. В первый день знакомимся, выслушиваем  истории из жизни. Начнет бабушка рассказывать про родителей, а мы невзначай спросим: «Как ваша мама замуж выходила?». И старушка вспомнит какой-нибудь свадебный обряд. Так одно цепляется за другое. Часто приходится прерывать разговор – коровы пришли или сериал начался. Спрашиваем: «Можно завтра прийти?». И на следующий день нас ждут уже с заготовками. За ночь вспоминается много всякого. Всех расспросили, что-то повторяется. Так  в одном селе девичник называется «у подругах». Там было принято жить приданое не дома, а у незамужних соседок. К концу экспедиции у нас уже  не просто собран материал – появляются закономерности.

- В экспедицию едут только студенты и преподаватели?

- У нас сложилась дружная команда, люди в ней разные. С филфака – преподаватель-фольклорист и лаборант. От Института искусств едет Галина Христова, руководитель ансамбля «Терем». Она тоже берет с собой двух студентов. У  них свой интерес – собирают музыкальный материал. Уже лет десять к нам присоединятся Елена Матвеева.  Создательница  воронежской матрешки ищет новые узоры и орнаменты. Виктор Коровин, культуролог и музейный работник, интересуется историей церкви. Он общается с верующими, расспрашивает жителей о духовной жизни села. Художник Григорий Марфин оформляет наши  книжки об экспедиции. Он тоже всегда ездит, иногда берет с собой дочку.

- Вы выпускаете по итогам поездки книги?

- Конечно. Это не только сборник студенческих отчетов, но и богатейший материал с иллюстрациями, фотографиями.  А еще мы раз в два года проводим фольклорную конференцию.

- Что остается у студентов кроме оценок за практику?

 - Впечатления. Поездка длится неделю, но эмоций хватает на год. Всегда советую ребятам вести дневник и записывать все, что происходит. Каждый следующий день начисто выбивает из памяти предыдущий.  Ведь мы не просто записываем обряды и песни. Перед  фольклористами  раскрываются судьбы. Многие кричат: «Некому запечатлеть историю. Все рушится, все гибнет!».  Все погибнет только в том случае, если мы не будем учить новое поколение бережно относиться к своему прошлому. А пока есть, кому ездить в экспедиции, можно быть спокойными  и за историю, и за культуру.

Мария РЕПИНА, студентка воронежской Школы межэтнической журналистики

13 апреля 2018