Верьте в Россию!

Верьте в Россию!

Призывал своих соплеменников великий чувашский просветитель Иван Яковлевич Яковлев. Определение "великий" в данном случае не журналистский штамп. Как еще можно назвать человека, который дал чувашам алфавит и перевел на чувашский Святое Евангелие?

Сирота

Иван Яковлевич Яковлев родился 13 (25) апреля 1848 г. в деревне Кошки-Новотимбаево Буинского уезда Симбирской губернии (ныне это Тетюшский район Татарстана). Он писал, будучи гимназистом: "Моя мать, Настасья Васильевна Макарова, скончалась спустя три дня после моего рождения, я был виновником ее смерти". Об отце ни в автобиографии, ни в иных источниках информации не сохранилось.

Мальчика взял на воспитание сосед по деревне Пахом Кириллов, за несколько лет до того потерявший двух сыновей, умерших от холеры. Имя свое будущий просветитель получил по имени и фамилии крестного отца – Ивана Яковлева.

В доме, где жил Яковлев, было две семьи: самого Пахома и его сына Андрея. Позже Иван Яковлевич вспоминал: "…меня не обижали, относились как к родному ребенку... мне о моем происхождении не говорили. Только... когда я уже учился в гимназии... я узнал, что это не родная моя семья".

До поступления в школу Яковлев работал подпаском у татарина Хакима. У него он научился татарскому языку, игре на национальных инструментах, искусству плести лапти... Но беззаботное детство продолжалось недолго: в восьмилетнем возрасте Ивана забрали в удельное училище. Именно забрали: в те годы крестьяне, мягко говоря, неохотно отдавали своих детей на учебу. Для опекунов это стало двойным ударом: семья не только лишалась помощника в хозяйстве, но и поводыря для слепого Пахома. Приемный отец так любил парнишку, что пробовал даже подкупить местного священника, ведавшего набором: дал ему целый фунт (примерно полкило) цветочного чая, чтобы он отпустил Ваню домой, но, видно, другие дали больше, и Яковлев остался в учениках.

Первый ученик

Обучение в удельном училище было тягостным, особенно для детей, незнакомых с русским языком. К тому же устав училища допускал телесные наказания. Позже Иван Яковлевич вспоминал: "Находились там малолетние воспитанники, отданные на полный произвол безнравственных, некультурных старших..."

Тем не менее на третий год обучения в школе Яковлев стал первым учеником. Летом 1860 г. он заканчивает училище, чтобы в дальнейшем стать учителем сельского начального училища. Однако той осенью был недобор в землемерно-таксаторских классах при Симбирской гимназии. Так, неожиданно для себя Яковлев стал учиться там, где готовили таксаторов (оценщиков), сельских мерщиков и чертежников. В апреле 1864 г. он оканчивает учебу и уже в мае, как самый способный, без обязательной двухлетней стажировки утвержден сельским мерщиком и направлен в Сызрань.

Хотя молодой специалист сразу оказался на хорошем счету у начальства, монотонная работа тяготила его. Воспользовавшись давней болезнью (вывих ноги, последствия которого остались на всю жизнь), Яковлев добивается перевода в Симбирск, а позже, в 1866 г., уходит со службы. Случай уникальный: по закону, Яковлев как сирота, обученный за счет государства, обязан был отработать 10 лет! Покинув удельное ведомство, Яковлев в 1867 г. поступает в пятый класс Симбирской мужской гимназии.

Из письма директора гимназии И.В. Вишневского попечителю Казанского учебного округа: "Яковлев... имеет в настоящее время от роду 19 лет... родом из чуваш... истинно желает учиться... может иметь большое влияние на однородцев своих и тем, может быть, подвигнул бы их к образованию, которого они до сего времени чуждаются..."

Эти слова оказались пророческими. Уже в 1868 г. Яковлев вызывает в Симбирск своего односельчанина Алексея Рекеева, ставшего впоследствии одним из чувашских просветителей и основоположников чувашской литературы. День его прибытия в Симбирск (28 октября (9 ноября) считается днем основания Симбирской чувашской учительской школы – первой национальной школы в истории чувашского народа.

Позже к Рекееву добавились еще два ученика, тоже из чувашей. А уже через год весь учебный округ (а он включал учебные заведения Астраханской, Вятской, Казанской, Самарской, Саратовской и Симбирской губерний) знал, что Яковлев содержит на свои средства нескольких чувашских мальчиков и готовит их к учительской деятельности. Большую поддержку этому начинанию оказывал Илья Николаевич Ульянов, в те годы инспектор народных училищ Симбирской губернии.

Талантливое потомство

Среди детей и внуков великого просветителя – известные историки, искусствоведы актеры и музыковеды, лауреат Госпремии, военный конструктор, доктор физико-математических наук, профессор медицины... Продолжают традиции и праправнуки: заслуженный артист РФ Михаил Ефремов — тоже потомок Ивана Яковлева.

Создатель алфавита

В 1870 г. Яковлев, принятый в свое время в гимназию условно, заканчивает ее с золотой медалью и в том же году поступает на филологический факультет Казанского университета. Благодаря ходатайствам он обучается бесплатно. Более того, в конце того же 1870 г. распоряжением министра просвещения Д.А. Толстого студенту И.Я. Яковлеву назначается стипендия "по 200 рублей в год из суммы министерства..." Любопытно, что жалованье Яковлева-мерщика составляло в свое время 120 рублей в год.

В университете Яковлев знакомится с известным ученым-ориенталистом профессором Николаем Ивановичем Ильминским, автором системы просвещения нерусских народов на основе их родного языка. При активном содействии последнего Яковлев к концу 1871 г. составляет первый вариант нового чувашского алфавита, основанный на русской графике. Он состоял из 47 букв, представлял собою научно-фонетическую транскрипцию, применявшуюся в русской лингвистической литературе, и отражал все звуки речи чувашского языка. 15 (27) ноября 1871 г. этот вариант был представлен к печати. Эта дата и считается началом новой чувашской письменности.

Однако первый вариант алфавита оказался громоздким и крайне неудобным. Позднее Яковлев упростил его. В "Букваре для чуваш", изданном в 1873 г., он оставил только 25 букв: 17 заимствованных из русского алфавита и 8 дополнительных, которые обозначали специфические для чувашского языка звуки. С этого времени новый алфавит окончательно утвердился в чувашской письменности.

Но не стоит думать, что все шло так уж гладко. Тогдашние консерваторы встретили букварь в штыки: "Пылкость молодой натуры, с которой он (Яковлев. – Авт.) принялся за дело, была причиной того, что он встал на неправильный путь в инородческом деле. Г-н Яковлев в деле образования чуваш задался мыслью чувашский язык сделать книжным…"

Тем временем в мае 1875 г. Яковлев успешно сдает выпускные экзамены и получает разрешение представить свою работу на получение степени кандидата. Однако возвращается в Симбирск, к своей школе, которой все годы его отсутствия руководил И.Н. Ульянов. В то время в его школе уже обучались 52 человека.

Летом 1875 г. Яковлев становится инспектором чувашских школ Казанского учебного округа. При этом он продолжает руководить своей школой. Ее учебная программа постоянно обновляется, включаются новые предметы, школа становится одной из первых в округе по прилежанию, успеваемости, обучению учащихся производительному труду. Но, несмотря на все это, до 1877 года она не имела права присваивать своим воспитанникам звание учителя.

По инициативе Яковлева, а поначалу и на его личные средства, в 1878 г. при школе создается женское отделение, руководит которым супруга Ивана Яковлевича Екатерина Алексеевна Бобровникова – приемная дочь Н. Ильминского. Она же первые 10 лет – единственная учительница этого отделения.

За годы существования Симбирской чувашской учительской школы (1868–1919) из ее стен вышло более тысячи учителей. Среди воспитанников: чувашский просветитель, педагог и переводчик А.В. Рекеев, классик чувашской литературы К.В. Ива­нов, известные математики П.М. Миронов и Н.М. Охотников, первая казахская учительница А.Д. Оразбаева, русский писатель В.И. Маненков...

Будучи инспектором чувашских школ (1875–1903), Яковлев открыл и преобразовал множество сельских школ, создал 14 приходов, выпустил более сотни учебников, пособий и книг по разным отраслям знаний, вместе со своими учениками издал первые художественные произведения чувашской литературы, перевел на чувашский произведения Пушкина, Лермонтова, Толстого. В 1911 г. увидел свет один из главных трудов Яковлева – Новый Завет на чувашском языке. Над этим переводом Иван Яковлевич работал сорок лет.

Заслуги Яковлева не раз отмечались наградами Российской империи. А в 1904 г. он был произведен в чин действительного статского советника.

Устаревший взгляд

В 1919 г. в соответствии с реформой образования РСФСР было принято решение о закрытии Симбирской чувашской семинарии (именно так, аккурат перед Октябрьской революцией, стала именоваться яковлевская школа). Собственно, к 1917 г. она уже перестала быть просто школой. Это был комплекс, в который входили: учительская школа, мужское и женское начальные училища, женские педагогические курсы и сельскохозяйственная школа. Теперь же на базе этого комплекса создавался учительский институт, причем без учета сложившегося чувашского направления. Яковлев всеми силами старался спасти свое детище, но новая власть не нуждалась в его услугах.

В ноябре 1919 г. орган Симбирского губкома РКП(б) газета "Заря" пишет: "Деятельность Яковлева имела огромное значение среди чувашского населения, но тем не менее в данный революционный момент приходится от Яковлева, безусловно, отказаться. Как он сам, так и его взгляды устарели для нашей эпохи, для нашего времени". Чуть ли не на следующий день коллегия Симбирского губоно постановляет: "Считая, что пребывание Яковлева в стенах семинарии вредно отражается на деятельности семинарии, по предложению Наркомпроса уволить Яковлева в отставку с сохранением за ним пенсии".

Правда, пенсию Иван Яковлевич получит не сразу. Это произойдет на следующий год после личного вмешательства В.И.  Ленина (помогло знакомство с Ильей Николаевичем Ульяновым).

В 1922 г. Яковлев уезжает к сыну в Петроград, на следующий год переезжает в Москву. А перед отъездом из Симбирска, в апреле 1921 г., он пишет "Завещание чувашскому народу". Этот текст по-прежнему актуален. И не только для чувашей.

Скончался Иван Яковлевич Яковлев в Москве 23 октября 1930 года. Похоронен на Ваганьковском кладбище. В советское время о Яковлеве старались не вспоминать ввиду глубокой религиозности просветителя.

"Национальный акцент" (Приложение к еженедельнику "Аргументы недели")