Рамазан Абдулатипов Глава республики Дагестан

«Константой должна стать традиционная культура; мы в Дагестане сейчас вкладываем в неё достаточно средств».
26 сентября 2014
О персоне

Рамазан Гаджимурадович Абдулатипов родился 4 августа 1946 года в селе Гаргута Тляратинского района Дагестана в многодетной семье.

После окончания школы учился в медицинском фельдшерском училище. Трудовую деятельность начал заведующим сельским медицинским пунктом.

С 1966 года по 1970 год проходил службу в Советской Армии.

В 1975 году окончил исторический факультет Дагестанского государственного университета, в 1978 году — аспирантуру на философском факультете Ленинградского государственного университета (ЛГУ).

В 1974‑1975 годах Абдулатипов был заведующим отделом пропаганды и агитации Тляратинского ...

Узнать больше о Рамазан Абдулатипов

Философский план

Вот уже год Рамазан Абдулатипов занимает пост главы Республики Дагестан. Недавно на большой пресс-конференции он поделился с московскими журналистами итогами своей работы и рассказал о планах на будущее.

- Как вы оценили состояние дел в республике, когда вступили в должность?

– Как сложное. На Дагестане "висело" 20 миллиардов рублей долга. Регион стоял на последних местах по всем показателям. А ведь в федеративном государстве уровень жизни в разных субъектах должен быть примерно одинаков, это – главное условие для существования сильного, стабильного государства. В Дагестане за последние годы практически все источники развития сошли на нет. Раньше мы добывали два миллиона 400 тысяч тонн нефти в год, теперь – 160 тысяч тонн. А ведь такой объём качать крайне невыгодно, поскольку расходы в этом случае в несколько раз превышают прибыль от продажи. В плачевное состояние пришла и рыбная отрасль, приносившая когда-то немалый доход. В упадке находились электроэнергетика и газовая промышленность, сельское хозяйство. В советские времена за год собирали 380 тысяч тонн винограда, а в 2012 году – только 75 тонн.

– За год ситуация изменилась?

– Как в известном фильме, помните: "Только зашёл, ничего ещё не успел!" Но по темпам экономического развития Дагестан вышел на первое место в Российской Федерации. Правда, пока по темпам, а не по показателям. Самое главное, что удалось сделать за этот год, – вернуть доверие к органам власти. Эффективность нашей работы уже признана на федеральном уровне. Я сразу же на 40% поменял состав правительства, сейчас обновлено уже 60–70%. Мы бы и больше новых специалистов назначили, но негде, к сожалению, брать: долгие годы в республике не занимались подготовкой кадрового резерва. Теперь набираем людей по конкурсу. Например, в агентство финансового контроля из 220 претендентов отобрали 19 человек, и ни одного сотрудника бывшего ревизионного управления среди них не оказалось.

Ещё одним важным своим достижением считаю изменение общественного сознания. Например, вскоре после моего назначения недалеко от Махачкалы проводилась контртеррористическая операция, и в поддержку бандитов на митинг вышли депутаты Народного собрания, некоторые министры. Сегодня такое даже представить невозможно!

– Одна из главных проблем Кавказа в целом – коррупция и кумовство в здравоохранении, образовании, органах управления. Как с этой напастью справляется Дагестан?

– А это проблема не только Кавказа, а всей страны! Но вы правы, некие национальные особенности в этом плане у нас существуют: если ты хороший специалист, значит, тебе должны что-то "нести". Стараемся изменить стереотипы. Например, боремся, чтобы врачи не брали деньгами. Но когда исцелившиеся люди из одного аула везут сыр, из другого – мёд, из третьего – рыбу, то это уже нормальная человеческая благодарность.

Что касается образования, в этом году жёсткими мерами нам удалось провести самый честный в Российской Федерации ЕГЭ. Мы заменили руководителей всех предметных комиссий, навели порядок. Раньше в Махачкале за экзамен брали 500 тысяч рублей, а нет денег – нет и высоких баллов. Люди влезали в долги, последнее отдавали. Целый "ЕГЭ-туризм" появился: двоечники отовсюду собирались, расходились по аулам и становились отличниками. Теперь, надеюсь, больше не будем краснеть, как раньше, когда наши студенты поступали в лучшие вузы страны, а потом их с позором отчисляли за хроническую неуспеваемость.

– Сейчас Кавказ не входит в число поставщиков интеллек­туальной элиты страны. Ситуацию возможно изменить?

– Дагестан всегда славился философами, историками, филологами. Нас называли "страной поэтов". В 90-е годы я создал в Махачкале гуманитарную академию. Потом, правда, деньги кончились, и пришлось её закрыть. Беда в том, что в современной России нет чёткой, устоявшейся системы гуманитарного образования. Учебники, а значит, и уровень преподавания, находятся на уровне середины пятидесятых годов прошлого века. Есть талантливые учёные, но не налажена работа в целом. В результате выросло поколение, у которого нет устойчивого мировоззрения. Философию наша высшая школа преподаёт как собрание разных течений, считается, что надо дать молодому человеку максимальный объём знаний – и пусть сам разбирается. А между тем, если нет основополагающей объединяющей идеи, молодёжь попадает под влияние разных течений и групп. Константой должна стать традиционная культура; мы в Дагестане сейчас вкладываем в неё достаточно средств. В тридцати семи районах создали центры традиционного искусства разных национальностей. В Махачкале открыли уникальный Музей дружбы народов, приводим в порядок здание для первого в мире Театра поэзии. Недавно провели Конгресс народов России и Всероссийский культурно-инвестиционный форум, поставив именно культуру, а не экономику на первое место. Огромное внимание уделяем подготовке кадров в данной сфере.

– Кстати, о традициях. Приближается Курбан-байрам, сопровождающийся жертвоприношениями. За пределами Северного Кавказа горожане часто недовольны, когда в их дворах режут скот. Как достигнуть консенсуса в этом вопросе?

– Обычаи, безусловно, соблюдать надо. Но, попадая в другую культурную среду, необходимо адаптировать свои традиции к существующим реалиям. Знаю, что в Москве, например, есть спе­циально оборудованные места под жертвоприношения. Если где-то их не хватает, мусульманской общественности надо собраться и вопрос решить, не откладывая его до назревания серьёзного конфликта.

То же самое с лезгинкой и жалобами, когда её исполняют в неположенном месте. В ауле ведь никто лезгинку на улице просто так не танцует! Нужен повод, например свадьба. А иначе человеку ставится соответствующий диагноз, и называется он – дурь.

– Выходцы с Кавказа часто жалуются, что их притесняют в других регионах: не дают кредитов, не продвигают по службе. Что посоветуете своим землякам в такой ситуации?

– Я служил в армии на Украине, пять лет учился в Ленинграде, семь – работал в Мурманске, пять – в Саратове и двадцать три года – в Москве. Иногда меня тоже спрашивают: тебя обижали? Конечно, были тысячи мелких моментов, но по-крупному никто никогда не притеснял и не ущемлял. Скажу молодым: находясь в другой национальной среде, готовьтесь к тому, что придётся быть более конкурентоспособными. Посмотрите, насколько активны русские в Америке! Станьте отличными специалистами, и работодатели всего мира откроют за вами "охоту"!

– Что для вас как для главы республики сегодня самое важное?

– В идеале – поднять экономику, но, боюсь, на такой трудоёмкий и длительный процесс мне времени не хватит. Поэтому считаю своей важнейшей задачей оставить после себя философский план преобразования и возрождения Дагестана, выстроить наши взаимоотношения с другими народами. Вот это я обязательно должен успеть!


Евгения Кеда, Полина Николаева - 26 сентября 2014

Чтобы задать вопрос необходимо авторизоваться.

3617