Российское государство и русский национализм

Российское государство и русский национализм

История русского национализма от Николая II до Путина (часть 2)

 
 
 
 
1 октября 2012 1

Большевистский переворот 1917 года наложил табу на русскую национальную тему. Если Российская Империя относилась к русскому национализму, как к "прикладному инструменту", то коммунисты сразу объявили ему войну. Черносотенцы и члены ВНС расстреливались без суда и следствия, а Ленин открыто провозгласил "борьбу с великорусским шовинизмом" задачей государственной политики. Создавалось множество "национальных республик" без учета мнения проживающего на их территории русского населения, белорусы и малорусы были объявлены "нерусскими отдельными народами" с проведением "украинизации" и "белорусизации" в УССР и БССР.

"При таких условиях очень естественно, что "свобода выхода из союза", которой мы оправдываем себя, окажется пустою бумажкой, неспособной защитить российских инородцев от нашествия того истинно русского человека, великоросса-шовиниста, в сущности, подлеца и насильника, каким является типичный русский бюрократ. Нет сомнения, что ничтожный процент советских и советизированных рабочих будет тонуть в этом море шовинистической великорусской швали, как муха в молоке." (В.И. Ленин. К вопросу о национальностях или об "автономизации").

"И, таким образом, в связи с НЭПом во внутренней нашей жизни нарождается новая сила - великорусский шовинизм, гнездящийся в наших учреждениях, проникающий не только в советские, но и в партийные учреждения... Мы рискуем оказаться перед картиной разрыва между пролетариатом бывшей державной нации и крестьянами ранее угнетенных наций, что равняется подрыву диктатуры пролетариата.

...Но НЭП взращивает не только шовинизм русский, - он взращивает и шовинизмы местные, особенно в тех республиках, которые имеют несколько национальностей. Я имею в виду Грузию, Азербайджан, Бухару, отчасти можно принять к сведению Туркестан, где мы имеем несколько национальностей, передовые злементы которых, может быть, скоро начнут конкурировать между собой за первенство. Эти местные шовинизмы, конечно, не представляют по своеи силе той опасности, которую представляет шовинизм великорусский." (Выступление Сталина на XII съезде РКП(б)

Нет смысла приводить дополнительные цитаты Ленина-Сталина по русскому вопросу – материал слишком обширен и очевиден.

Будучи загнанным в глубокое подполье в СССР, русский национализм развивался лишь в белоэмигрантских организациях ультраправого толка. Советские патриоты не могут избавиться от умиления сталинским тостом "за русский народ", забывая множество предыдущих сталинских цитат и заявлений – подобная политика могла продолжаться и дальше, но грянула Великая Отечественная Война.

Советская пропаганда вынуждена была прибегнуть к "запретной" русской теме, и Сталин, ранее не мысливший политики без "решительной борьбы с великорусским шовинизмом", обратился к теме великой русской нации, исторической России и памяти русских героев. Советские патриотические плакаты заполнились лозунгами о русских, славянстве и родине, а за "коллаборационизм" депортировались народы, которых прежние большевики щедро наделяли русскими землями.

Парадоксально, но Третий Рейх сам использовал "русский фактор", однако в силу захватнических устремлений немцев, это ограничилось крохотной "Локотской республикой" с РОНА Каминского и небольшими соединениями вроде РННА и казачьих отрядов, несмотря на порывы антикоммунистически настроенной белой эмиграции создать союзную Германии национальную Россию. Идею РОА немцы и вовсе одобрили лишь в 1944 году, когда победа СССР и союзников стала очевидной. До этого Германия предпочитала сотрудничать с антирусскими сепаратистскими национализмами.

Война закончилась, и сталинский режим достаточно быстро "забыл" о русской идее – как репрессировались члены Еврейского Антифашистского Комитета за "безродный космополитизм", так по "Ленинградскому делу" преследовалась и "русская партия" в высших эшелонах власти.

Схожая линия, но без жесткости сталинских приговоров, продолжилась и в постсталинское время – КГБ преследовало и либерально-космополитических диссидентов, и инакомыслящих русофильского направления. Особенно в борьбе с русским национализмом отличился Андропов - в 1981 году он направил в Политбюро доклад, в котором назвал движение "русистов" более опасным, чем либеральные диссиденты.

В итоге СССР оказался обрушен вовсе не "русистами", а "менее опасными" либеральными диссидентами. Среди советских патриотов принято обвинять в крушении СССР русских националистов, но это чистой воды лукавство – русский национализм лишь робко возражал против вакханалии "суверенитетов" с Прибалтикой и Закавказьем во главе, да заикался о начинающихся притеснениях русских, спорил на тему "кто кого кормит". А в это время либералы совместно с нерусскими национал-сепаратистами требовали "дать свободу угнетенным народам". И совсем некорректно советским патриотам обвинять русских националистов в развале СССР с учетом того, что РНЕ предлагало ГКЧП оказать помощь против Ельцина.

Разделение РСФСР, БССР и УССР было закреплено на государственном уровне и миллионы русских оказались вне границ России. Одновременно Россия открыла двери любой иммиграции, когда национально мыслящие русские идеологи предлагали ровно наоборот: объединить РСФСР, БССР и УССР, собрать соотечественников и не допустить волны массовой "чуждой" иммиграции.

В новой "демократической" России продолжилась "ленинская политика борьбы с русским национализмом" – теперь под видом "недопущения русского фашизма". Притеснения, а то и откровенный геноцид русских в странах экс-СССР и отдельных национальных регионах РФ откровенно игнорировались, зато любой достаточной тихий по меркам 90-х годов инцидент вроде марша РНЕ по московским улицам вызывал жутчайшие "антифашистские" истерики в прогосударствнных СМИ.

Будучи оппозиционным ельцинскому режиму, русский национализм встал на одну сторону с советскими патриотами-реваншистами, и в 1993 году во время народных выступлений на баррикадах у Белого Дома можно было видеть по соседству советский и имперский флаги (один из флагов Российской Империи, ныне принятый символом русского национализма), а пенсионеры с портретами Ленина-Сталина грелись у одних костров с членами РНЕ со стилизованной свастикой на рукавах.

"Красно-коричневый" альянс породил причудливый идеологический коктейль из советского патриотизма и "традиционного" дореволюционного черносотенного антисемитизма с иконами Сталина и лозунгами о "мировом сионо-талмудическом кагале, разрушившим русский СССР". Понятие же русской национальности в "красно-коричневом" лагере было, с одной стороны, зациклено на отсутствии "антропологических признаков еврея", а, с другой стороны, "русским" признавался едва ли не любой русскоязычный представитель экс-СССР – примерно, как по французской концепции "гражданской нации".

Чеченские войны дали русским националистам призрачную надежду на союз с государством и трансформацию государственного строя в национально-русскую сторону, но, несмотря на добровольное участие в чеченских войнах казаков и членов РНЕ, отношение власти к русскому национализму осталось прежним.

В эпоху Путина "борьба с русским фашизмом" не ослабела - напротив, общее усиление авторитарных тенденций, "противодействие экстремизму" и "закручивание гаек" коснулись и русских националистов – число приговоров по "национал-экстремистским", "русским" статьям значительно умножилось, и нынешним национальным организациям остается лишь мечтать о размахе движения конца прошлого века.

Однако и сам национализм изменился. В 90-е и начале 2000-х русские националисты ностальгировали по "твердой руке и цензуре", были зациклены на "еврейско-масонском вопросе", а с Запада копировали лишь неонацистские тенденции. Все это совпало с расцветом движения наци-скинхедов.

Между тем современный русский национализм стремится стать респектабельным и прогрессивным по образцу европейских национальных партий, добившихся в политике относительного успеха. Разоблачение "заговора мирового сионо-талмудического правительства" сменилось зашитой прав и интересов русских. Пришло осознание, что настоящий националист – не кто "против", а кто прежде всего "за" – за свой народ, и против того, что угрожает его этносу. В связи с этим, "еврейский вопрос" померк на фоне темы "диаспор", ограничения "чуждой" иммиграции и репатриации соотечественников. Определение "русскости" ушло от расово-антропологических и "всечеловечных" крайностей к простому критерию самоопределения человека, как русского: его визуальному облику и поведению.

Усиление авторитарно-репрессивных тенденций отбило национальному движению тягу к "твердой руке жесткого вождя" и вынудило заняться правозащитой и борьбой за демократические и гражданские свободы.

Антизападная риторика правящего режима, контрастирующая с ельцинским заискиванием, привела к прагматичному пониманию внешней политики и отказу от "борьбы с бездуховным Западом любой ценой".

Однако данные тенденции грозят обернуться современному национализму новым отклонением в сторону либерал-космополитизма. Ряд русских национальных организаций принимал и принимает участие в антипутинских акциях протеста совместно с либералами и левыми. Отдельные националисты настолько увлеклись альянсом с либералами, что перешли от высмеивания "старопатриотизма с иконами Сталина" к откровенному глумлению над самой русской историей и предпочтению либерал-космополитов и "демшизы" из 90-х годов коллегам по национальному флангу.

Дошло до того, что некоторые и вовсе решили перестать называться "националистами" и начали выступать за "Россию для лучших". Стремясь дистанцироваться от "советско-российских старопатриотов", они сомкнулись с ними в отрицании национально-этнического фактора, променяв национальность на так называемые "либеральные свободы". Они уподобились "советским патриотам-ненационалистам" которым неважен этнический состав страны на фоне государственной мощи.

Возможно, все это к лучшему. Очистившись от крайних и паталогических проявлений, русский национализм станет ближе и понятнее простому русскому обывателю, чьи интересы он, собственно, и призван защищать, и займет, наконец, достойное место в российской политике.

Русские националисты почти сто лет и близко не были у власти и поэтому не несут ответственности ни за красный террор и ГУЛАГ, ни за "демократическую" катастрофу 90-х годов с крушением государства и обнищанием миллионов. Может, не стоит их так бояться?



(Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора)

Материалы по теме:
4845