Федот, да не тот

Федот, да не тот

Судьба советских немцев на войне

 
 
 
 
12 ноября 2010

"22 июня 1941 года, когда фашистская Германия вероломно напала на нашу Родину, я и мои товарищи вечером на городском митинге Марксштадта высказывали свое мнение, заявив о своем добровольном вступлении в ряды Красной армии", – вспоминал Эдуард Айрих.

Таких, как он и его друзья, в те дни было немало. Многие мужчины-немцы сразу направились в военкоматы, чтобы пойти на фронт добровольцами. Однако все они получили отказ. И все же мобилизация немцев проводилась, хотя в строго индивидуальном порядке. Кроме того, к началу Великой Отечественной войны в рядах РККА проходили службу свыше 16 тысяч красноармейцев, призванных из Республики немцев Поволжья. "Гордимся вами, дорогие наши друзья, – писали студенты и преподаватели Немгоспединститута в первый месяц войны своим выпускникам, находившимся на фронте, – радуемся, что из нашей среды вышли стойкие бойцы за свободу, честь и независимость нашей родины, за освобождение порабощенных народов от фашистского варварства".

Жители республики активно поддерживали своих земляков, сражавшихся с врагом. На гранитной плите мемориального комплекса Брестская крепость-герой можно найти имя сына немецкого народа из Поволжья – Вячеслава Мейера. Во время боев он возглавлял оборону одного из отсеков казарм крепости. Посмертно был награжден орденом Отечественной войны II степени.

Около недели 153-я стрелковая дивизия под командованием полковника Николая Гагена сдерживала натиск фашистов на подступах к Витебску. Его дивизия ежедневно отбивала по 5–6 атак танков и пехоты. После того как гитлеровцы прорвали оборону на соседнем участке, воины полковника Гагена 18 суток сражались в окружении, пока не соединились со своими войсками.

За стойкость в обороне, мужество и отвагу, дисциплину и организованность 153-я стрелковая дивизия одной из первых стала именоваться гвардейской, а полковник Николай Гаген был удостоен ордена Ленина (Гаген прошел всю войну, с января 1945 г. был командующим 26-й армией, участник Парада Победы, – прим. ред.).

28 августа 1941 года "Комсомольская правда" опубликовала очерк известного журналиста Цезаря Солодаря "Разговор с красноармейцем Генрихом Нейманом".На вопрос журналиста, как удалось сбить четыре вражеских самолет, Генрих Нейман ответил: "Сегодня на рассвете летчик попался хитрый. Он сбоку налетел на нас, вынырнул из облаков. Но не рассчитал, что мы неплохо улавливаем шум мотора. Вообще ребята в нашем расчете быстрые и смелые – не так легко застигнуть нас врасплох. Вы обязательно познакомьтесь с нами. Мы очень дружны между собой и в шутку называем себя интернациональной бригадой. Кроме русских, в нашем расчете Николая Акилова есть украинец Журавель, мордвин Суздалев, еврей Гоцек и я, немец. Да, я немец. И всей душой ненавижу того, кто смеет называть себя вождем немецкого народа. И с ордами этого насильника я буду бороться так, чтобы… Впрочем, вам же известен текст присяги воина Красной армии".

Навсегда останется в истории обороны Ленинграда имя командира 47-го корпусного артиллерийского полка майора Николая Витте. Полк был отправлен на трудный участок Ленинградского фронта: порт Автово – Пулковские высоты – Средняя Рогатка. В боях с германской артиллерией майор Витте разработал умелую тактику артиллерийских дуэлей. Благодаря ему были сохранены от тотального уничтожения многие памятники ленинградской архитектуры, в том числе и Эрмитаж. Солдаты и командиры знали, что Николай Витте по национальности немец, знали об этом и фашисты. Всякие попытки немцев склонить его на свою сторону оставались безрезультатными.

Однажды в разговоре пленный немецкий артиллерист обер-лейтенант Шелленберг напомнил Н.П. Витте, что он тоже немец и должен сражаться за свою нацию; слушавший этот разговор начальник разведки дивизии рассмеялся и, обращаясь к Витте, сказал: "Ишь, куда загнул, в земляки тебя зачислил. – Потом развернулся к пленному и продолжил. – Он наш, коренной русак. Я могу это подтвердить. До седьмого колена знаем его… Федот, да не тот!"

В одной эскадрилье служили два немца: капитан Н.Ф. Гастелло и лейтенант А.А. Дингес. По-разному сложились их судьбы. Николай Гастелло после совершенного подвига стал примером героизма и патриотизма для советского народа. Судьба А.А. Дингеса была типичной для большинства воинов-немцев, вступивших в схватку с немецко-фашистскими захватчиками. В 1937 году А.А. Дингес окончил 14-ю Энгельсскую военную школу летчиков. Великую Отечественную войну он начал в звании лейтенанта в 1-м тяжелом бомбардировочном авиационном полку, дислоцировавшемся на Смоленщине. Его экипаж совершил 43 боевых вылета. На его счету бомбардировки танковых колонн противника, вражеских передовых позиций и аэродромов, доставка партизан в тыл противника и снабжение их оружием, боеприпасами и продовольствием.

В ноябре 1941 года А.А. Дингес был направлен якобы в распоряжение начальника ВВС Уральского военного округа, а на самом деле его изъяли из рядов РККА как немца по национальности. По прибытии в Свердловск А.А. Дингес был определен командиром отряда 57-го строительного батальона, где и служил до лета 1942 года, когда его и таких как он воинов-немцев отправили в трудовую армию.

Те из поволжских немцев, кто на момент начала войны находился в рядах Красной армии, в подавляющем своем большинстве продемонстрировали преданность родине, мужество и отвагу в борьбе с агрессором. Однако советское государство, как и Россия в годы Первой мировой войны, вновь в самой грубой и унизительной форме отвергло патриотические чувства и дела российских немцев, продемонстрировало, что эта категория советских граждан для него – чужие, представители враждебной национальности.

Коллектив авторов Moskauer Deutsche Zaitung

Материалы по теме:
для справки от первого лица
2873