Алексей Накамура Бывший руководитель общины "Айну"

«Властям не понравились самостоятельность и несговорчивость айнов».
07 октября 2016
О персоне

Бывший руководитель общины "Айну"

Узнать больше о Алексей Накамура

Айны попали под запрет

Айны или камчадальские курильцы – национальное меньшинство России, народ, которого нет в перечне коренных малочисленных народов РФ. По данным переписи 2010 года, в России их чуть больше ста человек. Почти полвека считалось, что они живут только в Японии. До недавнего времени айны Камчатки имели свою организацию, но по решению суда она закрыта. Ситуация запутанная, не все концы в ней сходятся. "НацАкцент" попытался разобраться в происходящем и побеседовал с бывшим главой общины Алексеем (Асирой) Накамурой.

— Чем живут айны на Камчатке?

— Положение у нас критическое. Тревожные сигналы появились еще в 2012-2013 годах, когда мы выиграли промысловый участок для ведения традиционного образа жизни. Выиграли его в конкурсе, который проводился в рамках распоряжения правительства РФ от 2008 года о закреплении участков для рыболовства, в том числе и традиционного. Мы начали рыбачить – и началась травля.

— С чьей стороны?  

— Со стороны органов власти. Государственной морской инспекции ФСБ России и других органов. Оказалось, что наши традиционные орудия лова отсутствуют в перечне, закрепленном в правах о рыболовстве. В 2013 году нам отказали в выдаче разрешения на вылов водных биоресурсов традиционным орудием лова. Мы это решение оспорили в трех судах – Краевом суде Камчатского края, Апелляционном суде Владивостока, Федеральном суде Хабаровска – и доказали, что орудие лова традиционно для айнов, но не традиционно для других народов.

Мы отличаемся от народов Камчатки – они ловят рыбу в реках и заливах, в устьях, а мы морской народ, мы на море ловим, у нас немного другие обычаи и орудия лова.

Но властям наша самостоятельность и несговорчивость не понравились, нас все равно оштрафовали за применение этого орудия лова.

— Что-то кроме штрафов айнов беспокоит?

— Разговоры о том, что нас нет в перечне коренных малочисленных народов, нас надо закрыть, разогнать, что регистрация нашей общины незаконна и так далее.

— Вы пытались уладить ситуацию?

— В конце 2013 года мы на общем собрании, которое является высшим органом в общине, обсудили создавшуюся обстановку и решили приостановить деятельность общины на три года, чтобы немного все успокоилось. Мы об этом официально известили Управление министерства юстиции по Камчатскому краю, разместили объявление в газете. Но тем не менее прокурор обратился в суд, и заседание прошло без нашего присутствия.

— Почему никого из представителей общины не было на этом заседании?

— Мы тогда были в стадии приостановления деятельности общины. Письма или повестки о явке в суд никто не получил, потому что на юридическом адресе никто не находился: все разошлись, начали заниматься своими делами. Представитель органа юстиции находился в суде и не известил суд о приостановлении деятельности общины и не сказал, что мы не получаем корреспонденцию. В итоге суд признал регистрацию недействительной и общину закрыл.

— И Вы считаете, что только из-за "несговорчивости" айнскую общину решили ликвидировать?

— Самая главная причина – территория.

Уже было несколько попыток камчатского ЗакСа территорию юга Камчатки убрать из перечня земель, где традиционно проживают коренные малочисленные народы региона. Потому что там сосредоточены биоресурсы, углеводороды, золото и другие полезные ископаемые. И если нет коренного народа – ни с кем не нужно согласовывать там свои действия.

Поэтому наш народ не хотят признавать. Когда другие народы заявляют, что они традиционно проживали на юге Камчатки, им говорят, что ительмены жили в средней части, коряки на севере, алеуты на Алеутских островах.

— Зачем такие сложные схемы? Сперва дали участок, потом отняли участок...

— Это похоже на заказ. Мы перешли Рубикон – начали оспаривать решение властей. Россия стремимся к правовому государству, все решается в судах, кончились бандитские времена. Но почему-то нас судят и накладывают непомерные штрафы, а государство, чью ошибку мы видим и оспариваем, почему-то не хочет свою ошибку признавать.

— Почему именно айны попали под пресс, а у других народов Камчатки все нормально?

— Так и остальные народы почти в таком же положении находятся. Руководители общин КМНС Камчатки отправляли обращение в ООН о том, что в регионе происходит геноцид, который перешел в стадию апартеида.

Но дело в том, что нас, айнов, можно убрать из социальной деятельности, потому что нас нет в перечне коренных малочисленных народов. А другие народы есть.

— Как живут айну после ликвидации общины?

— Люди напуганы, потому что память о репрессиях и о преследованиях в народе на генетическом уровне живет. Я чувствую за собой вину: я организовал людей, они собрались, проявились, и тут началось это. Люди замкнулись, ушли, отказались от того, что участвовали в переписи 2010 года.

— А традиционный образ жизни продолжают вести?

— А как его вести? Рыбалку нам запретили, официального участка для нее нет. А если мы будем вести традиционный образ жизни самостоятельно – мы будем браконьерами, нас по 256 статье (Незаконная добыча водных биоресурсов) посадят в тюрьму. Мы хотели Праздник медведя проводить ежегодно, зарабатывали для этого деньги. Так же, как у ительменов есть Алхалалалай, у нас есть свой праздник – Праздник медведя. У нас есть свои традиции, своя религия. Сейчас мы и этого не можем провести.

— Вы пытались оспорить решение о закрытии общины?

— А как его оспорить, если уже прошло время? Мы узнали об этом слишком поздно. В повторном рассмотрении легальности регистрации общины отказывают еще и потому, что нас нет в перечне коренных малочисленных народов. Да и участок ведь хороший, рыбопромысловый – он сейчас уходит кому-то.

Дело в том, что началась жесткая борьба за биоресурсы, даже война. За легальный промысел. Повысилась цена на рыбу, и сейчас каждый хвост, каждый килограмм на учете. И людей, которые хотели бы заявить какую-то карманную общину, получить участочек и долю в рыбалке, великое множество, даже из Москвы и Санкт-Петербурга приезжают.

— Что планируете делать дальше?

— Мы не сдадимся. Будем искать выходы. Мы никогда не отделялись, не дистанцировались от других коренных народов Камчатки, и они – ительмены, коряки, эвены – с пониманием относятся к нашим проблемам. У них есть участки, и они пускают нас, чтобы мы ловили рыбу, чтобы хоть как-то справились с ситуацией. Будем искать какие-то пути, популяризировать себя и все такое.

— А что с культурой айну?

— Сейчас мы на свои средства готовим к изданию букварь и словарь камчатско-курильского диалекта языка айну. Раньше можно было заявиться на грант или господдержку, а сейчас нельзя, ведь мы выпали из правового поля.

— Когда выйдет словарь?

— Еще не скоро. Язык у нас сложный, он отличается от языка других айну. Наш диалект описал только Степан Крашенинников, который первым создал словарик языка камчатских айну. Кстати, само название “Камчатка” по-нашему звучит как “Камцатка”: “кам” – это длинная гористая земля, “цат” –  взрыв, “ка” – место. Название “Камчатка” – айнского происхождения, это на курильском диалекте. А вовсе не по имени казака или кого-то еще, как здесь часто рассказывают незнающие люди.

— Что в планах?

— Планируем совместно с Кроноцким заповедником построить котан – поселение, поселок айну. На Курильском озере, на месте, где традиционно жили айну. Там рядом находится раскоп стоянки айну. У нас уже есть план по постройке, в поселении будут наши традиционные жилища со всеми атрибутами. Не могу пока сказать, будут ли там люди жить, но пусть хотя бы туристы приезжают. В Краевом объединенном камчатском музее работала экспозиция, посвященная 160-летию книги “Описание земли Камчатки”, где говорилось о коряках, ительменах и айну. Мы участвовали как коренной народ юга Камчатки, там были выставлены наши артефакты и предметы быта.

После этой беседы остались вопросы, и “НацАкцент” надеется, что в ближайшее время ответы на них дадут власти Камчатки.


Асета Лиева - 07 октября 2016

Чтобы задать вопрос необходимо авторизоваться.

2314